«Говоря о игровом элементе культуры мы не можем утверждать, что культура в ходе эволюции появилась на свет из игры и именно таким образом; Наше представление, которое будет развернуто в нижеследующих рассуждениях, заключается в том, что культура возникает в форме игры и изначально разыгрывается».

— Йохан Хёйзинга, homo ludens.

Жизнь в общине становится чем-то больше биологии и получает высшую ценность через игру. В этих играх общество, будь то государство, слой населения или семья отображает свое виденье мира и жизни в нем. Автор книги указывает, что это не стоит понимать как то, что игра становится культурой, а скорее сама культура по сути своей, на момент зарождения, является игрой. Так, к примеру, дети играют в дочки-матери пародируя быт внутри семьи.

В нашей привычной жизни между культурой и игрой нет какого-либо противодействия или баланса. Мы находим отголоски игрового элемента в учености и поэзии, в правосознании и формах государственной жизни, но зачастую сама игра уходит со временем на дальний план, уступая место привычному культурному слою. Так, приевшееся игра прекращает быть игрой, становясь повседневной рутиной.

Большую часть в формировании культуры играет (хаха) социальная игра, та, где более одного игрока. Состязание, присущее соревновательной игре, мы можем найти в суде (адвокатура обвиняемого против прокурора), многих религиозных или привязанных к временам года праздникам (драка яйцами на Пасху; прыжки через костер на Ивана Купалу).

05/12/25